Ричард Бах

ИЛЛЮЗИИ.


Часть 13.

"Твоя совесть - это мерило искренности твоего желания быть самим собой. Прислушайся к ней внимательно".

- Мы все свободны делать то, что мы хотим, - сказал он той ночью. - Ведь это так просто, ясно и понятно. Вот великий путь к управлению Вселенной.

- Да, почти. Ты забыл об очень важной детали, - уточнил я.

- Какой же?

- Мы все свободны делать то, что хотим, пока мы не вредим кому- либо, - напомнил я. - Я знаю, что ты хотел это сказать, но следует говорить вслух то, что имеешь в виду.

В темноте внезапно что-то зашуршало, я взглянул на него.

- Ты слышал?

- Да. Похоже, там кто-то есть... - Он поднялся и ушел в темноту. Внезапно он засмеялся и произнес имя, которое я не расслышал. - Все нормально, - сказал он, - нет, мы будем рады тебе... зачем тут стоять... пойдем, мы тебе действительно рады...

Незнакомец отвечал с сильным акцентом, чем-то похожим на румынский.

- Спасибо. Мне бы не хотелось вторгаться в вашу компанию.

Вид человека, которого он привел к костру, был, как бы это сказать, несколько неожиданным для ночной поры в этих краях. В его облике было что-то волчье, пугающее. Гладко выбритый мужчина небольшого роста, в вечернем костюме и черной накидке с красной атласной подкладкой чувствовал себя на свету неуютно.

- Я проходил мимо, - бормотал он. - Полем короче идти до моего дома...

- Да ну... - Я видел, Шимода не верил этому человеку, знал, что он врет, и в то же время изо всех сил сдерживался, чтобы не расхохотаться. Я надеялся вскоре тоже все понять.

- Устраивайтесь поудобнее, - предложил я. - Можем ли мы чем- нибудь помочь? - На самом деле у меня не было такого уж сильного желания помогать, но он так ежился, что мне хотелось, чтобы он хоть немного расслабился, если, конечно, сможет.

Он посмотрел на меня с отчаянной улыбкой, от которой я похолодел. "Да, вы можете помочь мне. Мне это крайне необходимо, иначе я бы не попросил. Можно я попью вашей крови? Совсем чуть- чуть? Это моя пища; мне нужна человеческая кровь..."

Может быть, во всем виноват акцент или я не понял его слов, но вскочил я на ноги быстрее, чем когда-либо за много последних лет, подняв в воздух целую тучу соломинок.

Он отступил. Я не так уж мал и, наверное, вид у меня был угрожающим. Он отвернулся.

- Сэр, простите меня! Простите. Пожалуйста, забудьте, что я говорил что- то о крови! Но понимаете...

- Что вы там такое бормочете? - от испуга мой голос звучал очень яростно. - Какого черта вам надо, мистер? Я не знаю, кто вы такой, может, вы вроде ВАМ - ...

Шимода оборвал меня до того, как я смог закончить это слово.

- Ричард, наш гость говорил, я ты его перебил. Пожалуйста, продолжайте, сэр; мой друг несколько нетерпелив.

- Дональд, - сказал я, - этот тип...

- Успокойся!

Это настолько удивило меня, что я успокоился и с некоторым страхом вопросительно посмотрел на незнакомца, вытащенного из родной ему темноты на свет нашего костра.

- Пожалуйста, поймите меня. Я не виноват, что родился вампиром. Не повезло. У меня мало друзей. Но мне необходимо немного свежей крови каждую ночь, или я чувствую страшную боль, а если не достать ее дольше, то я не могу жить! Пожалуйста, мне будет очень плохо, я умру, если вы не разрешите мне попить вашей крови... совсем немного, мне больше пол-литра и не надо... - Он сделал шаг вперед, облизываясь, думая, что Шимода каким-то образом руководит мной и заставит меня подчиниться. - Еще один шаг, и кровь обязательно будет, мистер. Если вы только прикоснетесь ко мне, вы умрете... - Я бы не убил его, но очень хотел связать, для начала, и уж потом продолжить наш разговор.

Он, должно быть, поверил мне, поскольку остановился и вздохнул. А затем повернулся к Шимоде.

- Ты доказал, что хотел?

- Я думаю, да. Спасибо.

Вампир посмотрел на меня, улыбнулся, полностью расслабившись. Он наслаждался, как актер на сцене, когда представление окончилось.

- Я не буду пить твою кровь, Ричард, - сказал он дружелюбно, на прекрасном английском, совсем без акцента. И прямо у меня на глазах начал таять в воздухе, как будто внутри него выключился свет... Через пять секунд он исчез.

Шимода опять подсел к костру.

- Я очень рад, что ты только пугал его!

Я все еще дрожал от избытка адреналина в крови, готовый к схватке с монстром.

- Дон, я не уверен, что гожусь для этого. Может, ты лучше расскажешь мне, что тут происходит. Например, что... это было?

- Это был вампир из Трансильвании, - сказал он с еще большим акцентом, чем говорило то чудище. - Или, если быть точным, это была мыслеформа вампира из Трансильвании. Если ты когда-нибудь захочешь рассказать о чем-нибудь, а тебе покажется, что тебя не слушают, сотвори им небольшую мыслеформочку, чтобы проиллюстрировать то, что ты хочешь сказать. Тебе кажется, я перестарался, - эта накидка, клыки, акцент? Он тебя слишком сильно напугал?

- Накидка была первоклассная, Дон. Но он был уж больно стереотипен, даже слишком... Мне вовсе не было страшно.

Он вздохнул.

- Ну ладно. Но ты, по крайней мере, понял, о чем я говорил, и это главное.

- О чем ты говорил?

- Ричард, когда ты так яростно набросился на моего вампира, ты поступал так, как сам того хотел, несмотря на то, что ты думал, что это повредит кому-то. Он даже сказал тебе, что ему будет плохо, если...

- Он собирался напиться моей крови!

- Что мы делаем всякий раз, когда говорим людям, что нам будет плохо, если они не поступят, как мы того хотим. Я надолго замолчал, обдумывая все это. Мне всегда казалось, что мы свободны поступать, как пожелаем, если это не вредит кому- нибудь, но это не подходило. Чего-то не хватало.

- Тебя сбивает с толку, - подсказал он, - общепринятая трактовка, которая на самом деле невозможна. Это слова "вредит кому-нибудь". Мы сами всегда выбираем, повредит нам это или нет. Решаем мы. И никто иной. Говорил ведь тебе мой вампир, что ему будет плохо, если ты не разрешишь ему напиться кровушки. Это его решение, что ему будет плохо, это его выбор. А то, что ты делаешь по отношению к этому, есть твое решение, твой выбор: дать ему напиться твоей крови; не обращать внимания; связать его; проткнуть ему сердце осиновым колом. Если ему не понравится осиновый кол, он свободен защищаться любым способом, по своему желанию. И каждую секунду жизнь ставит тебя перед новым выбором.

- Если посмотреть на это с такой точки зрения...

- Слушай, - сказал он, - это очень важно. Мы все. Свободны. Поступать. Так. Как. Мы того захотим.

Назад